Высоколобые про Религия
Православное воспитание.Педагогика благовестия
Пашкова Ирина Ивановна
Национальная доктрина образования Российской Федерации нацеливает общество на духовное возрождение России. Для этого особенно важным представляется восстановление традиционной православной культуры нашего народа, которая на протяжении тысячелетия отражала и утверждала в нем соборность, религиозность, трудолюбие, доброту, сострадание – черты национального характера русского православного человека.Министерство образования России с 2002-2003 года предлагает включить в вариативную часть Базисного учебного плана курс «Основы православной культуры» по желанию родителей.
Важно и необходимо знакомить детей с православными ценностями, руководствуясь положениями статей Федерального закона «О свободе совести и религиозных объединениях» и приказом Минобразования РФ №2833 от 01.07.2003 г. (зарегистрирован в Минюсте РФ 34955 от 05.08.2003 г.) «О предоставлении государственными и муниципальными образовательными учреждениями религиозным организациям возможности обучать детей религии вне рамок образовательных программ.
Педагог – греческое слово, означающее – ведущий ребенка за руку.
«Область Педагога – практика, а не теория; не обучение, а нравственное улучшение» - так еще во II веке сформулировал цель педагогической деятельности великий учитель Церкви Климент Александрийский в своем сочинении «Педагог».
Это положение кажется нам бесспорным. Вера в будущее, в жизнь – главная доминанта созидания внутреннего душевного пространства ребенка. Сурова Л.В. считает, что педагогика Благовестия не должна пониматься как новое красивое и утешительное слово для детей и родителей – она, прежде всего СЛОВО ПРАВДЫ о мире, жизни, человеке и Боге.
Ребенку, отроку, юноше надо узнать, что никакая реальность не содержит всей полноты жизни. Нет ее и в нашей катастрофической реальности. Ибо мир видимый есть-2-только часть жизни, и никакой зримый образ не может вместить полноты и богатства мира вышнего, невидимого. Педагогика Благовестия – Это Откровение о Царстве Небесном, нашем истинном Отечестве, гражданами которого мы являемся по духу.
Услышаны могут быть лишь слова того педагога, чье сердце сопереживает скорбям других людей. Сегодняшняя педагогика, если хочет помочь детям, должна не учить, а участвовать! Имея веру и радость от веры, она свидетельствует о Жизни Вечной – не может молчать! Не поучает, не назидает – но открывает: «Не бойся, малое стадо, Отец благоволил дать вам Царство!» Душа ребенка откликается на эту благую весть, узнает себя в ней – и воскресает для радости, обретает силы для творчества, для труда.
Педагогика Благовестия - есть правда о человеке. Ребенок должен знать, что любой человек рожден существом духовным, что все мы призваны стать «сынами неба». Он должен знать, что человек своим психофизическим бытием не исчерпывается; наша биологическая и эмоциональная жизнь обусловлены природой, обстоятельствами, но есть в каждом из нас тот священный центр, в котором мы ничем не обусловлены, то есть свободны он-то и является главным в нас, и способен наполнить нашу жизнь светом немеркнущей радости.
Психиатр Д.Е.Мелихов выделяет четыре антропологических уровня человека. Первый уровень – течение материальной жизни. Второй – сфера умственной жизни, со своими законами и свойствами, соединяющими людей единством идей. Третья – сфера высших человеческих симпатий и сострадания (то, что современная психология объединяет в понятие «высшие социальные чувства»). Четвертый – область свободной веры. «В борьбе этих течений совершается драма внутренней жизни человека. У каждой из этих сфер свои законы, своя природа, направления и законы борьбы. Во власти человека непосредственно – только область духовной свободы. Она не утрачивается никогда. Все другое течет и развивается по своим природным законам, ничего общего не имеющим со свободой человека».
Итак, педагогика Благовестия – это откровение о НОВОМ ЧЕЛОВЕКЕ. Человеке – личности, который больше мира,потому, что имеет в себе духа. Силой этого духа человек и способен преображать жизнь.
Часто состояние человека, комплекс внутренних переживаний, характерных волеизъявлений называют личностью. Это определение неполно. Личностное начало – это не манеры, не привычки и желания, личность – это священный образ внутри каждого человека. Личность реализует себя в единении с Высшим животворящим началом жизни – с Богом.
Педагогика Благовестия несет в себе правду о жизни, как человеческом пути, поприще.Правда о жизни – это не выставление напоказ ее низменных сторон, но раскрывание возможных путей.Педагогика Благовестия предлагает человеку искать в этой жизни того, что является «единым на потребу», учиться бороться за «свое небесное», не предавать его в угоду чреву. Но это борьба не за иерархию потребностей, которую предлагают многие психологи, считая ее показателем духовности личности. «Небесное» в нас не может быть выведено из земного, оно не является производным ни от нашей культуры, ни от нашей нравственности. Никакое истончение потребностей не откроет дорогу духовному, которое есть чистый дар Бога человеку. Духовное требует обращения к нему сопряжения духа нашего с Духом Божием. «Сей самый Дух, - говорит апостол Павел в послании к Римлянам, - свидетельствует духу нашему, что мы – дети Божии». (Рим.8, 16). Вот путь жизни – каждодневный, ежечасный выбор между жизнью по плоти и жизнью по духу. «Работайте Господеви!» Именно в этой открывающейся нам день ото дня Работе и состоит смысл нашей жизни, которого так ищет наш ум.
Итак, жизнь земная для христианина – «брань Господня», и если научим детей любить эту святую битву, радость их будет полной.И еще одна, самая важная и непростая, правда, педагогики Благовестия – правда о Боге – Творце, Попечителе, Друге человека. Этой правде нельзя научить, она есть тот личный духовный опыт, который возникает у человека, когда он ищет Бога и учится доверять ему. Этот духовный опыт и составляет ту настоящую жизнь, которая делает ценным само бытие человека. Цель педагогики Благовестия – духовная жизнь ребенка. Не новый нравственный кодекс, не некая духовная норма, которой надо следовать, но жизнь с памятью о Боге.
Каким же должен быть педагог, чтобы забил этот источник, потекла живая река в сердце ребенка?!Благовестие для педагога нелегкая ноша, ведь «мир учит одному, а Бог другому». Нельзя научиться сразу у двух этих учителей. Педагогика Благовестия требует все время «хождения по водам».
Педагогика не должна бояться высоты поставленной здесь цели. Она по силам человеку, но только надо помнить, что духовный путь – это путь внутренней жизни, и знание Бога – тоже внутреннее переживание, протекающее в глубине нашего духа и совести. « Не какого-нибудь неизвестного и чуждого для нас Бога мы должны стараться «услышать» нашим свободным сосредоточенным сознанием, -продолжает епископ Михаил, - а того самого Отца, творческая печать которого уже лежит в глубине нашего духа».
Так педагогика Благовестия через собирание внутренних сил и созерцание Бога становится пробуждением человека к личностной творческой, осмысленной жизни. Благая весть – это не только весть о Воскресении Христовом, это реальное воскресение нашей души – воскресение к жизни, к подвигу, к жертве.
В Евангелии мы видим самый высокий, Божественный пример Жертвы. Мы и постичь по-настоящему тайну этой Единственной Жертвы не можем, но она – центр всего, от нее свет и вдохновение нашему сердцу. Признание жертвы есть признание высоты личного выбора, совершенного не для достижения какой бы то ни было цели, а движимого внутренним духом. Православная педагогика должна отважиться на эту предельную правду.
Ребенок больше педагогических систем, больше общества, и даже больше великих педагогов, которые как один свидетельствуют, что дети их всему-то как раз и научили. И мы должны уметь не просто учить, а слушать детей, слушать их души, внимать тому, что под артобстрелом массовой культурой звучит в глубинах детских сердец!Педагогика Благовестия не идеология, не новый моральный кодекс, а новое бытие, со-бытие с ребенком. Этим и задается новая педагогическая этика, методическую основу которой составляет не психологический, но духовный диалог – диалог со-бытие.
«Область педагога – практика, а не теория; не обучение, а нравственное улучшение» - так еще во II веке сформулировал цель педагогической деятельности великий учитель церкви Климент Александрийский в своем сочинении «Педагог».
Это положение бесспорно. Педагогика Благовестия только в живом учебно-воспитательном процессе может стат действенной силой, нужной ребенку. Любой же процесс складывается из многих компонентов, потому мы должны выявить, в чем особенности организации педагогического процесса духовно-ориентированного детского дошкольного учреждения.
Христианство исключает бездумность; православный педагог не может принять всеобщую технологизацию как стиль жизни, он – не исполнитель, а художник. Он должен стремиться в самом процессе деятельности корректировать – как того требуют обстоятельства – цели, задачи, уточнять методы, средства, которые в едином пространстве диалога становятся художеством совместного пути считает Сурова Л.В.
Художество как путь следования за Христом, как путь честного служения, решения многочисленных задач, которые выдвигает жизнь, сопоставление своих действий с образами, запечатленными Евангелии, и постоянное глубинное отрицание греха, порока, который стремится овладеть нашим сердцем и затмить в нас образ грядущего человека.
Художество для педагога есть участие в созидании детской личности, выявление дарований и предоставление каждому путей для деятельности, для проб.
Художество знает два метода, которые рождают великое множество форм: диалог и уподобление. Первый – встреча с жизнью. Сначала с природой, с другим человеком, с искусством и через него – со своим временем. Затем как бы сама собой приходит встреча с «надвременным», ибо «невидимое… через рассматривание творений» делается видимым. Диалог дает возможность почувствовать то, что лежит за границами нашего «Я», слышать его – а это уже начало участия, выход за границы нашей самости.
Второй метод уподобление; он открывает форму и «механизм» этого участия в другом. Мы узнаем здесь любовь, которая учит выявлению высших подобий в разных сущностях и формах.
Художество начинается с вопрошания, с диалога и движется путем уподобления, взаимопроникновения, любви – к рождению образа. Искусство: и живопись и литература – любое художественное творчество развивается по этим законам. Дошкольная педагогика также должна быть отнесена к искусству, но не к искусству управления человеком , а к искусству его пробуждения, вдохновения.
Путь художества есть путь защиты любви. Поэтому православному педагогу нет нужды погребать сердца воспитанников под нормативными актами поведения, чтобы не иссушить «святой колодец», бьющий в глубине души каждого человека. Нужно, наоборот, учить ребенка хранить этот Божий родник: разбирать, раскапывать завалы, которые устраивает жизнь. Учить любить и защищать любовь – вот дело педагога – учить отличать ее от пошлого потребительства, от разврата собственнического обладания, от эгоистической удовлетворенности и наслаждения.
Художество педагога рождает художество ребенка, который начинает мыслить и творить свою жизнь не по требованию внешних обстоятельств, а по священному закону сердца, по любви, завещанной ему Богом.
Педагог должен знать, что любовь сердца должна быть «проверена» любовью Божией, питаться от Высшего духа. Замечательный христианский педагог ХХ века И.Гессен в своей книге «Основы педагогики» вводит понятие цели-задания, которое человек должен обрести, чтобы постоянно сверять свои внутренние порывы, стремления с Промыслом Божиим, дабы не уклониться с путей истинных в пути своеволия.
Обретая цель, получаем реальное задание и движемся к новому образу – и образу жизни, и своему собственному. Но образ – не образец. Образ Христа дан, образ личный –задан; задан, как путь жизни, как наши труды. Нельзя приобрести какой-то образ иначе, чем в процессе реальной жизни, при реальных обстоятельствах, нельзя образ специально себе усвоить. Отсюда становится ясен смысл всего учебно-воспитательного процесса: он в совместном опыте педагога и ребенка, в их со-бытии. Именно совместный опыт должен привить ребенку вкус к святости как к праведным трудам во славу Божию –«Работайте Господеви со страхом и радуйтесь Ему с трепетом!». Подготовить детей к самостоятельной духовной жизни – это значит привязать сердце к заповедям Божиим, научить различать знаки Божией любви, и, вместе с тем, научить дерзновению, неотступности в следовании путем этой открывающейся с каждым шагом люб Вышесказанное касалось самого отношения к педагогическому процессу как к живой среде общения педагога и ребенка. Составляющими этого процесса являются: содержательная и методологическая.
Христианские понятия сами по себе не рождают веру. Вера рождается в человеке как дар Божий и открывает ему пути духовного опыта. Без этого личного духовного опыта, его постоянного роста богословские знания становятся идеологией, то есть системой внешних императивов, правил должного поведения и … поучения других. Идеология, по сути всегда противоположна художеству! Хотим мы или нет, знания сами как бы подталкивают ребенка к оперированию ими.
Христианское знание есть продукт опыта Церкви, личного духовного опыта ее подвижников. Для нас он не материал для исследования и манипуляций, а образы множественного следования путей за Христом.
Не нормативное, не систематическое, а ОБРАЗНОЕ БОГОСЛОВИЕ должно стать теоретической частью содержания православного образования и воспитанияОбразное богословие – это живая жизнь Церкви, отражающаяся, прежде всего в литургической поэзии, которая вся, до самого малого тропаря, построена по законам образной художественно-поэтической речи. Образное богословие – это и икона, фреска, и сам образ православного храма, которые запечатлеваются в сознании человека и сопровождают его на протяжении всей его жизни.
Богослужебные тексты, также как и древние образцы иконописи и храмовых росписей, нельзя считать только историческими памятниками христианской культуры; они также акты образного богословия, то есть свидетельства веры. И здесь икона не просто умозрение в красках, как она была названа князем Евгением Трубецким, она – живое художество, которое являет нам сердечное опытное знание.
Вера в Древней Руси была не словами, не рассуждением, а переживанием, личной причастностью, вера была сама жизнь.
Поэтому и нам в нашей педагогической практике надо стремиться к тому, чтобы переживание сопутствовало, а может быть, и предшествовало знанию. Это совсем не означает, что систематическое богословие должно быть исключено из программы дошкольных образовательных учреждений. Догматические определения – это кристаллическая решетка, содержащая «сухое вещество» мудрости. Оно может быть воспринято как откровение только тогда, когда уже идут личные умственные изыскания, горят в сердце вопросы, ищутся ответы на всех уровнях житейской, культурной, философской мудрости, когда образное богословие уже вовлекло человека в со-бытие с тем или иным фактом Священного Предания.
Если же богословские определения даются до опыта, до поиска, они, как правило оказываются не актуальными для сегодняшней жизни человека и могут быть для него только «духовной грамматикой», которую просто надо вызубрить – потом, говорят, пригодится.
Христианское воспитание и образование должно вводить человека в новое видение и образ жизни. Оно должно быть сконцентрировано на личности и личных отношениях, а не на «предметах» и « законах». Одним словом, оно имеет дело с Жизнью: жизнью, данной нам Богом, и жизнью как нашим общением в Нем.
Действительно, что вносит ребенок в наше педагогическое пространство? Свой маленький, но горячий жизненный опыт, живость своих непосредственных впечатлений от увиденного, услышанного.Его опыт составляет для него первую и самую близкую реальность. Она убедительна, так как всегда ощутима. Слово педагога, если оно никак не сопряжено с опытом ребенка, как бы образно и живо оно ни было, отступает перед физическим ощущением и эмоциональным переживанием ребенка и теряет свою силу.
Каждый христианин понимает, что никакой опыт не случаен, а промыслителен. Опыт ребенка нужно не просто уважать и учитывать в педагогическом процессе _ педагог должен понимать, что именно в этой реальности живого опыты происходит встреча ребенка с силами жизни и борьба с ними. Среда детского дошкольного учреждения всегда останется только подступом к тренировочной школьной площадке, истинный бой развернется только за порогом школы.Поэтому для духовно ориентированного дошкольного учреждения, которое целью своей считает подготовку человека к духовной жизни, к той невидимой брани, которая его ожидает, личный опыт ребенка – это самая важная и живая часть учебно-воспитательного процесса. Поэтому и надо учить детей осмыслению своего опыта.
Это требует учительского такта и… особого методологического решения.
Наша цель – православное воспитание ребенка, активизация его творческого личностного начала, развитие диалоговой способности его сознания. Речь здесь идет не о способности к общению, не о коммуникабельности, а об особом способе бытия, благоговейном диалоге личности с жизнью, которая понимается нами как поприще Божественного Промысла.
Это не бытовой, а тансцедентный диалог, который способен возникнуть только в живом духовно-педагогическом пространстве.
Педагогическая среда, как реальная сеть психологических связей, есть часть педагогического пространства, которое, прежде всего, может быть охарактеризовано как духовное поле совместной деятельности, включающее и внешнюю социально-психологическую атмосферу коллектива (среду), и внутренний духовный мир каждого.
Сегодня главным методом христианского воспитания является вдохновение. Необходимо вдохнуть силы Церкви в ребенка.
Мы должны стремиться дополнить картину жизни, которая раскрывается перед ребенком в детском саду, дома, в социальной действительности. Дополнить – это не значит увеличить объем дополнительной информации. Дополнить – это прежде всего связать все знания воедино, соединить их с личным опытом ребенка, дать границы и ориентиры настоящему и будущему в свете христианского Откровения.
Реальное решение задач осуществляется в диалоге ребенка и взрослого, который откликается на все детские вопросы и нужды. Комментарий во время занятий приобретает различные формы и становится первым показателем мастерства и педагогической зрелости педагога.
Комментарий к жизни, разбор острых ситуаций, нравственных поступков лучше всего делать на «нейтральном материале» культуры, щадя самолюбие и не затрагивая ничьих личных мотивов.
В педагогическом аспекте культура может быть представлена как совокупность связей и отношений: природы и человека, искусства и человека, человека и общества, и наконец, выходящие за рамки культуры отношения человека и Бога.
Первенствующую роль должны играть произведения духовной культуры, а точнее, шедевры древнерусского искусства. Являясь уникальной частью художественной культуры Руси, эти духовные сокровища свидетельствуют о глубине веры народа, Храмы, иконы, фрески, дают детям почувствовать Святую Русь, наследниками которой они являются, сами того не зная. Храм вводит их в новую вселенную, в радостное чудо единение земли и неба. Образу древнерусской живописи учат духовному переживанию священных событий, открывают язык образного точного богословия Церкви.
Духовная культура должна быть представлена и духовным словом.
Главной же структурной опорой наших занятий являются церковные праздники, которые совершенно по-особому организовывают время нашей жизни и задают новую систему координат всему учебному процессу.
Нужды реальной жизни детей лежат, как правило, в нравственно-эмоциональном поле, которое отражается не в духовной, а в художественной культуре: литературе, изобразительном искусстве, ландшафтной архитектуре, музыке и пр.
Из всего корпуса мирового культурного наследия мы должны отбирать произведения, которые, являются актуальными для внутреннего мира сегодняшних детей, развивают их способности восприятия, сопереживания, деятельностного участия в жизни. Материалы должны нести заряд нравственной чистоты, и, наконец, быть безусловно высокохудожественными. Ничто пошлое, низкопробное, пусть даже подходящее тематически, не может быть предметом обсуждения с детьми.
Сегодня детям не хватает настоящих драматических переживаний, в которых отражалась бы борьба добра и зла. Наша массовая кино- и телепродукция научилась щекотать нервы, но не дает настоящей пищи сердечному чувству ребенка, не учит пониманию реальных человеческих отношений, их развитию. Массовая культура вообще ориентирована не на переживание, а на развлечение, на отвлечение от жизни, на забвение ее. Искусство здесь перестает выполнять свою функцию в обществе – свидетельствовать о том, где мы находимся, быть зеркалом нашей души, и тем самым подвигать нас к борьбе за свой человеческий облик, за образ Божий внутри нас.
Чтобы выработать иммунитет против дурных образов, нужно приучить к хорошим. Гете говорил, что ребенку нужно стараться показывать только положительные образы и образы культуры, чтобы произошло срастание души с ними как с родными и должными. Тогда чувство красоты и чистоты при встрече с произведениями уродливыми, лживыми или просто развращающими будет внутренним обличителем и стражем – породит брезгливость и отторжение, что и является признаком иммунитета к низкому.
Эти образы-химеры – убийцы чувств, рождают в человеке обжигающе острые ощущения и тем самым лишают его свободы восприятия, не дают ничего правдиво почувствовать, увидеть, понять.
Как добиться продуктивности учебного процесса? Как сделать занятие не только занимательным, но и действенным, т.е. способным реально влиять на формирование внутреннего мира детей, на развитие их интеллектуальных способностей, эмоциональной сферы?.
Всякий ли новый материал срастается с личным опытом ребенка, и что может этому способствовать? И, наконец, всегда ли на занятии возникает то духовно-педагогическое пространство, о котором идет речь.
Даже отобрав интересный материал, мы оказываемся перед вопросом – как выстроить занятие, какую форму должен принять тот христианский комментарий, который мы считаем истинным содержанием нашего духовно ориентированного образования и воспитания.
Итак, если задача – выстраивание иерархии ценностей, активизация внутренней жизни личности, то решить ее можно через создание учебной педагогической ситуации, подобной жизни.
Учебная педагогическая ситуация – это смоделированная игра, ставящая ребенка в центр познаваемого факта, события, в продолжение делателя. Чтобы почувствовать, принять, понять какое-то новое знание, нужна активность. Один путь пробуждения активности – сократическая беседа, она, как правило, предшествует действию; другой – само игровое действие.
Сократическая беседа – это первый этап учебного действия – действие словесное. Начать можно просто: рассказать о каком-то предмете, явлении, обратить внимание на его общее назначение и – развить сказанное, попытаться понять, как оно «живет», то есть, как связано с другими явлениями и процессами жизни. Это лежит за границей опыта ребенка, но в это можно поиграть: сначала представим себе все, описываем, как могло бы быть, делаем предположения.
Один ребенок войдет в это словесное действие-игру легко, начнет «по правде» сопоставлять, предполагать; другой – не исключено, что сначала будет испытывать затруднения; третий может начать дурачиться, смеяться и говорить заведомые глупости.
Необходимо обратить внимание – мы не стремимся получить никакой единообразной реакции, и не осуждаем детей за их слова и действия, которые свидетельствуют об их душевном, физическом и прикровенно-духовном состоянии. Любая методика, претендующая называться христианской, должна прежде всего сохранять свободу ребенка. В зависимости от того, что проявляется в ребенке, и надо искать ему место в общем развивающем действии занятия.
Как же педагогу реагировать на «словесную свободу»? Не строгим оценочным суждением, укрощающим «неподобающее» поведение детей, а – верой сказанному, размышлением, примеркой, пробой «на правду»: а что будет, если поступить по-твоему? Или принять вот эту точку зрения?Вот эта-то установка на правду и является ключом любой учебной ситуации.
Правильно организованное пространство занятия не только поворачивает нас друг к другу, сколько ставит каждого перед лицом правды. Дети начинают понимать, что любой факт, событие могут быть поняты и осмыслены только на ее фоне.
Педагог должен, участвуя в общем обсуждении, комментируя все предложения детей, что называется «держать руку на пульсе», то есть следить за активностью группы, за внутренней энергией диалога, чтобы правильно развивать педагогическую ситуацию. Важно не затянуть обсуждение, и словесное действие во время заменить действием учебным. Так игровой словесный диалог « разрешается» в подходящем для него педагогическом действии: рисунке, аппликации, лепке, в предложении сочинить вдвоем рассказик в картинках, в пластическом движении: изобразить в движении медведя, пройти как лиса, вырасти как цветок, березка и т .д. То есть, предлагаем провести эксперимент, опыт словесный проверить художеством игры.
Таким образом, учебно-воспитательная педагогическая ситуация как бы «снимает» ребенка с его места и «запускает» его творческую поисковую активность в направлении того нового материала, который был предложен педагогом. Занятие для полноты осмысления и переживания – течет в двух планах: если внешнее учебное действие, и есть тот жизненный факт, который мы познаем и переживаем, «берем» в свой опыт. Не мнение ребенка по тому или иному поводу важно нам; важно чтобы, встретившись с новым понятием, словом, образом, он не просто высказал свою позицию, а попытался войти в нее, прожить и в действии увидеть правду.Слово «проживание» сейчас употребляется часто в самых различных контекстах. Мы восходим к его корням, и потому считаем, что никакое проживание не возможно без действия. Без действия мы попадаем в «реку» только душевного переживания, которая может закрутить нас в своих эмоциональных водоворотах, а наша цель – духовная встреча с миром, жизнью, человеком.
Теперь о планах. Осуществить план занятия иногда не удается. Занятие- это всегда коллективная импровизация на заданную тему. Не может быть двух одинаковых живых занятий. Занятие, где педагог стремится вперед, не чувствуя, поспевают ли за ним его коллеги-дети, - такие занятия вряд ли можно назвать живой формой педагогики. Они – самообман педагога, который неминуемо должен разрешиться в раздражении на детей, которые почему-то… «не успевают, не понимают, и вообще… ничего не хотят».
План все равно нужен – это подготовка к будущему живому импровизированному учебному действию. Но как оно сложится, с чего начнется, куда потечет – будет зависеть не только от заготовленного материала, но и от того, какими пришли дети в детский сад, с чем они пришли, то есть, что пережили за последнее время.
Педагог должен жить вместе с детьми. Нужно ли детям сейчас то, что ты приготовил? Попробуй, пойдет ли, будет ли принято? Если нет – не насилуй детского внимания, ведь ребята не вольныВажно не жертвовать главным, сущностным во имя формального и учиться видеть – успевают ли дети вас понять, успевают ли прожить то, что узнали? Если- нет нужно искать средства для оживления аудитории, включения ее творческой активности, а по-нашему – вводить новое педагогическое действие.
В этом и заключено искусство живого занятия – помочь детям собрать свое внимание, научиться слышать, чувствовать, видеть, представлять, а значит, жить.
Submitted at Feb. 18, 2010; 18:43